Здравствуй, о, дум Властитель с пером и чернильницей мыслей!
Пишет тебе твоя Муза гекзаметром греческим правду
(Этот размер не случайно был выбран для писем подобных -
Ведь чем длиннее строка, тем быстрее поймёшь её смысл).

Хватит свои экзерсисы пустым наполнять символизмом!
Это во вред идёт и читателю, и твоей Музе,
Горе постигло которую в виде такого таланта
(Может, хотя бы когда-нибудь Пушкин и мне попадётся).

Полнятся строфы твои бесконечные только лишь мраком.
Суицидальных наклонностей и девиаций рассудка
Мастером стал ты, бесспорно; мёртвые, видя стихи те,
Ожили, чтобы с собой покрасивее снова покончить.

В этой поэзии небо бывает лишь серого цвета.
Автор! Ну выгляни же в окно, наконец, и увидишь
Синего, красного, жёлтого цвета там нагроможденье,
Жизнью которое смертные ведь неспроста обозвали.

После такого посланья, надеюсь, опомнишься сразу
И прекратишь пытку чувств эстетических доблестной Музы
Той, что свои, без сомнения, самые лучшие годы
На исправленье погрешностей авторских тратила щедро.